Фрилансеры предложат свои варианты уже через несколько минут!
Публикация заказа не займет много времени.

Расшифровка сериала

Геннадий Евгеньевич, здесь как-то душно. У вас с вентиляцией что-то?
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Да, только в прошлом году поставили новую систему.
Надо, значит, пора почистить.
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Ладно.
На крысиные, крысиные следы похоже! Что это?
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Ну, да. Есть такая напасть, уже второй месяц.
Ну, и какие вы предпринимаете меры?
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Стараемся собственными силами избавиться.
Ну, так этого же не достаточно! А если он какую-нибудь заразу сюда занесут?
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Ну тогда, я распоряжусь найти отраву посерьезней. И отравой, уже тут…
Геннадий Евгеньевич, давайте без самодеятельности, хорошо? Найдите в городе фирму, которая истребляет грызунов, чтоб качественно и профессионально. Договорились?
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Да.
И решите, наконец, вопрос с вентиляцией.
ГЕННАДИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ: Хорошо.
Кроме того, я хочу получить отчеты показателей нашей компании, за последние три месяца.



НИКОЛЯ: Оп-па.
Николя, это уже действует на нервы.
НИКОЛЯ: Мама, ну совершенно не чем заняться!
Сходи на этюды!
НИКОЛЯ: Оп-па. Настроения нет.
Давай, бей, проиграю ее, и пойду праздновать победу!
Федор, напомни, сколько тебе лет, а?




Чувствуется, мысль не окончена!
Что?
Да, и стиль не особо понятен! Все это смахивает на пост модернизм.
Да ладно, какой тут пост модернизм? Пост модернизм используют в готовой форме, а здесь, вон, погляди, все не окончено!
Вот тут, артодоския присутствует, мне кажется!
Какая артодоксия? Где?
Так, демагоги, займитесь хоть каким-нибудь делом!
Ладно, пойдем.
Что ж такое, а? Тоже мне, умники!



ВАСИЛИЙ: Кошкин!
КОШКИН: Да!
ВАСИЛИЙ: Из города звонили, в воскресенье там праздник. Просили пару лошадей, детей покатать. Найди, кого послать!
КОШКИН: Да решим, Василий, давай!
ОЛЯ: Пап! Я тебя везде обыскалась!
Обыскалась! Да знаю я, знаю.
ОЛЯ: Здрасте!
ВАСИЛИЙ: Всех мне тут переполошила, на уши поставила. Надо тебе в Красино оставаться. Давай, давай, оставайся! Все-таки, отчий дом! Сдался тебе этот город!
ОЛЯ: Отчий дом – это отчий дом, это святое! Другое дело, это площадка для самореализации.
ВАСИЛИЙ: Ой-ой-ой-ой!
ОЛЯ: Ну, тесно мне в Красино! Мы сто раз обсуждали с тобой эту тему! Мы вообще, подумываем с Федором, в столицу рвануть!
ВАСИЛИЙ: В столицу!
ОЛЯ: Да.
ВАСИЛИЙ: В столицу! Все что-то бежишь куда-то! Все тебе неймется!
ОЛЯ: Присядь, пожалуйста, я хотела с тобой поговорить о Кате!
ВАСИЛИЙ: Ни хочу я о ней даже разговаривать!
ОЛЯ: Пап, откуда такая неприязнь? Мне мама говорила, что у вас с самого начала не заладилось!
ВАСИЛИЙ: Ты на братца ее посмотри!
ОЛЯ: А что с ним не так?
ВАСИЛИЙ: Да, все с ним не так, Оля! Все! Это что, мужик? Ты посмотри, во что он превратился!
ОЛЯ: Пап, я не понимаю, где связь? Мой брат мямля, а ты ненавидишь Катю!
ВАСИЛИЙ: Ты не понимаешь?
ОЛЯ: Нет.
ВАСИЛИЙ: В чем связь?
ОЛЯ: Нет.
ВАСИЛИЙ: Твой брат мямля, а кто в этом виноват? Катя и виновата! А! Тебя не было тогда, ты и не знаешь!
ОЛЯ: Ну почему не знаю?! Она мне рассказывала, что он бросает работу в фирме, и становится художником.
ВАСИЛИЙ: Рассказывал? А кто ему все это в ухо напел? Он рассказывал? Фирму он бросает, и становится художником, калякиным-малякиным! Все подруга твоя, Богин. Все, даже слышать о ней не хочу!
ОЛЯ: Пап, ну успокойся!
ВАСИЛИЙ: Все, тема закрыта!
ОЛЯ: Па! Па! Пап!



АНАТОЛИЙ ТРОФИМОВИЧ: Я извиняюсь, может я лезу не в свое дело, но… А почему у вас с мужем не случилось? С трагедией не сжился, да?
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Ну, почему сразу, он не сжился! Если уж не смогли справиться, то – оба!
АНАТОЛИЙ ТРОФИМОВИЧ: Екатерина Николаевна, у нас в городе была такая история. Родился ребеночек без рук. Муж испугался, и говорит жене: - Слушай, давай сдадим, чтоб потом всю жизнь не мучаться! Жена не согласилась. Ушел.
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Нет, Анатолий Трофимович, у нас все не так было! Никто, никуда не сбегал, никто никого не выгонял. Просто, просто как-то разошлись тихо-мирно, и все!





Что это происходит?
Что ж такое, то?
КОЗЛОВ: Вы ответите за рукоприкладство. Вы видели? Все свидетели! Все! Я вас привлеку, понимаете?!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Кончай! Я тебе сверну…
КОЗЛОВ: Да, отпусти!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Иди сюда! Чтобы ноги твоей здесь больше не было!
КОЗЛОВ: Ох, как ты не прав, Андрей Степанович! Ну, ничего! Ты у меня за рукоприкладство, перед судом…
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Послушай, Козлов! Сними ты халат, не позорь меня!
КОЗЛОВ: Сейчас, я сниму халат!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Слушай меня! Чтобы завтра, чтобы уволился по собственному желанию!
КОЗЛОВ: Ага, сейчас я уволюсь!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Не доводи до греха! Еще раз сюда сунешься, я за себя не ручаюсь! Вон, отсюда!
КОЗЛОВ: Не буду я ничего писать, понял?!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Что вы встали? Мы не работаем сегодня?
КОЗЛОВ: Попробуй, попробуй, уволь! Я тебя по судам затаскаю! Ты у меня еще будешь просить прощение, перед всем коллективом!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Знаешь, что?
КОЗЛОВ: Ну что?
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Я передумал! Ты уволен по статье! Точка! Будь здоров!
КОЗЛОВ: Посмотрим, ты!



КОЛЯ: Федь!
ФЕДЯ: У!
КОЛЯ: Хватит лошадь мучить! Федь, слушай!
ФЕДЯ: А?
КОЛЯ: Ты сам то, как относишься к идее, усыновить ребенка?
ФЕДЯ: Да я Ольгу во всем поддерживаю! Так, она ответить сама еще не готова!
КОЛЯ: А! Нуда, дело то такое, не простое! Еще не понятно, какие гены окажутся!
ФЕДЯ: Да, больной вопрос!
КОЛЯ: У меня одноклассницу, родители с детдома взяли. Так, как они ее не любили, как не воспитывали, все равно воровкой выросла! Мужа своего зарезала! По тюрьмам скитается!
ФЕДЯ: Слушай, Коль, ну хватит, а! Крайности какие-то берешь! Это от многих факторов зависит! Хотя бы от того, в каком возрасте ребенка усыновили! Ты сам то, не собираешься семьей обзавестись? Ребенком?
КОЛЯ: Да, не все так просто, Федь!



Ну, ну! Есть!
МАКСИМ: Ну что? Еще партию?
Да, я должна отыграться! Только не поддавайся, ладно!?
МАКСИМ: Знаешь, я, и сам не люблю эти поддавки! Такое противное ощущение, что на тебя смотрят, и делают что-то из жалости!
Понимаю тебя! Так, есть! Ну вот! Есть!
Привет!
МАКСИМ: Привет!
Все смотрю, ты здесь король на сольном футболе?!
МАКСИМ: Да!
Третий раз меня обыгрывает! Без шансов!
Нет, нет.
Нет, ну здесь любой может свой класс показать! Другое дело, попробовать мяч пинать на настоящем поле!
Опять! Давай! Не обращай на него внимание! Максим, давай играй!



ОЛЕГ ГЕННАДЬЕВИЧ: Так, Екатерина Николаевна! Скажите, вы видели такую папочку, голубенькая, полупрозрачный файлик?
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Олег Геннадьевич! А это не она лежит?
ОЛЕГ ГЕННАДЬЕВИЧ: Спасибо! Вот, что значит заработался, а! Света белого не вижу!
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Все очень просто, Олег Геннадьевич! Надо навести порядок на столе. Если на столе бардак, значит, в голове будет то же самое!
КОЗЛОВ: Здравствуйте!
ОЛЕГ ГЕННАДЬЕВИЧ: Здравствуйте!
КОЗЛОВ: Мне нужна Швалова Екатерина Николаевна.
ОЛЕГ ГЕННАДЬЕВИЧ: Вот она! Прошу.
КОЗЛОВ: Козлов Григорий Валерьевич. Я работаю… Работал в нашей Красинской больнице. Вот, собственно, пришел к вам жаловаться на незаконное увольнение.
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: А вы проходите, садитесь! Расскажите мне, кто и по какой статье вас уволил?
КОЗЛОВ: Уволил Брагин, главврач нашей больницы. Я там был анестезиологом. А уволил за что? Брагин подозревает, что я пью на работе.




Всю жизнь мне никак. Вашей, тупостью с проклятьем! Буду в твои объятья, буду за…


ПЕТР ДАНИЛОВИЧ: Да, войдите!
ВАСИЛИЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ: Передаюсь! Простите, великодушно!
ПЕТР ДАНИЛОВИЧ: Что-то, что-то вы сегодня припозднились, Василий Валерьянович? Что-то случилось?
ВАСИЛИЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ: Случилось! Мне жутко не удобно, Петр Данилович! Ну, мне, опять нужны деньги!
ПЕТР ДАНИЛОВИЧ: Василий Валерьянович! У вас и без того, передо мною долг, за всю жизнь не расплатиться! И потом, по-моему, у нас с вами был разговор. Вы обещали покинуть общество картежников.
ВАСИЛИЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ: Петр Данилович, обещаю! Это было в последний раз! Я Господу Богу буду, за вас всю жизнь молить! Я верну все в скорейшем времени, до единой копейки!
ПЕТР ДАНИЛОВИЧ: Василий Валерьянович! Вынужден ответить вам отказом. И не потому что, денег жаль, а потому что, не люблю людей, которые слово свое не держат. Извините, я занят!



Иннокентий Михайлович! Что значит, увлеченный человек!
ИННОКЕНТИЙ МИХАЙЛОВИЧ: Ой, простите, вы так незаметно подкрались!
Присаживайтесь, довезу, куда скажите!
ИННОКЕНТИЙ МИХАЙЛОВИЧ: Буду вам очень признателен! А я, я в музей!
Аккуратненько, вы не дергайте! Аккуратно!
ИННОКЕНТИЙ МИХАЙЛОВИЧ: А, может быть, вам проехать со мной? Вы, наверняка, давно у нас не были!
Что, верно, то верно!
ИННОКЕНТИЙ МИХАЙЛОВИЧ: Поехали!




ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА:  Добрый день, Андрей Степанович!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Здравствуйте! Чем обязан?
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА:  Ко мне приходил ваш сотрудник, Козлов.
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Козлов, больше не наш сотрудник. Прошу прощения! Принесите мне историю болезни Сазонова и Ивановой анализы!
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Так вот, ко мне приходил ваш сотрудник, Козлов. Написал на вас жалобу, и обвиняет в незаконном увольнении.
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Екатерина Николаевна, вот поверьте, вы тратите силы и время, не на того человека!
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Ну, можно хотя бы узнать причину увольнения, Козлова Григория Валерьевича?
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Если Козлов Григорий Валерьевич посчитает нужным объяснить, он лично вам все расскажет. Да!?
Андрей Степанович, карта медицинская!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Спасибо! И готовьте операционную!
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Козлов сказал, что вы, пользуясь служебным положением, сводите с ним личные счеты. И то, что вы не хотите разъяснить мне эту ситуацию, подтверждает его слова!
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Екатерина Николаевна, прошу прощения, но мне нужно поработать сейчас! Извините!
ЕКАТЕРИНА НИКОЛАЕВНА: Козлов подает на вас в суд. И я, очевидно, буду на его стороне.
АНДРЕЙ СТЕПАНОВИЧ: Кто бы сомневался!



АРТЕМ НАЗАРОВИЧ: Нет, ну странно, Брагин никогда волюнтаризмом не занимался! Он, конечно, челове...